В Конституционный Суд Республики Казахстан было подано обращение о проверке конституционности пункта 1-2 статьи 41-1 Закона «О связи», который позволяет Председателю Комитета национальной безопасности и иным уполномоченным должностным лицам приостанавливать работу сетей и средств связи, а также доступ к интернет-ресурсам без указа Президента и без предварительного судебного контроля (Интернет-шатдауны). Поводом для обращения стало отключение Интернета в Алматы в январе 2022 года (Интернет не работал в течение 5 дней), признанное судами законным на основании данной нормы.
Заявитель утверждает, что оспариваемое положение сформулировано неопределенно, допускает применение чрезвычайных мер вне режима чрезвычайного положения и без надлежащих гарантий, что нарушает право на свободу выражения и получение информации, право на ознакомление с затрагивающими права документами, а также право на судебную защиту, гарантированные статьями 13, 18 и 20 Конституции Республики Казахстан. В обращении ставится вопрос о признании данной нормы неконституционной, необходимости пересмотра судебных актов по делу заявителя и внесении изменений в законодательство для устранения выявленных противоречий.
Наша организация поддержала данное обращение и направило в адрес Конституционного суда Республики Казахстан свое заключение (Amicus Curiae). Наша позиция заключается в том, что blanket internet shutdown — полное или масштабное отключение доступа к сети Интернет — по своим структурным характеристикам не вписывается в классическую модель допустимого ограничения прав человека . Такая мера носит неизбирательный характер, распространяется на неопределенный круг лиц и одновременно затрагивает широкий спектр гражданских, политических, экономических, социальных и культурных прав . Мы обосновываем, что даже при наличии формального правового основания blanket shutdown, как правило, не отвечает требованиям необходимости и соразмерности, поскольку представляет собой всеобъемлющее вмешательство и не может рассматриваться как наименее ограничительное средство достижения заявленной цели .
Отдельное внимание мы просим уделить тому, что в условиях глубокой цифровой интеграции государство само сформировало зависимость реализации прав и доступа к жизненно важным услугам от цифровой инфраструктуры . В этих обстоятельствах отключение Интернета означает не ограничение одного из каналов коммуникации, а фактическое устранение среды, через которую права реализуются на практике . Мы подчеркиваем, что чем шире и интенсивнее системное воздействие меры на комплекс прав человека, тем выше стандарт ее обоснования .
Наконец, даже обращение к режиму дерогации не снимает фундаментальных проблем правомерности shutdown: государство должно доказать наличие чрезвычайной ситуации, угрожающей жизни нации, и строго необходимый характер именно тотального отключения как единственно возможного средства реагирования . С учетом неизбирательности и глубины воздействия такой меры, включая риски для жизни, здоровья и доступа к базовым услугам, обоснование ее строгой необходимости представляется юридически крайне затруднительным.